Вверх


Новости / Только в «ГП»">

Рядом с могилой ветерана неожиданно для его родственников появилось чужое захоронение

3765 0 14:43 / 07.07.2017

Свежая могила потеснила обелиск с красной звездой, который увековечил память героя войны Андрея Скрипки. Увиденное повергло в шок внука ветерана (к слову, его полного тезку) и невестку Нину Александровну. На новобелицком кладбище, давно закрытом для погребений, похозяйничали чужие: рядом с дедушкой похоронили неизвестного человека, убрали старую оградку, установили новую двухместную.






По соседству с героем


Чтобы выяснить, кто дал разрешение, гомельчанка Нина Скрипка по­звонила в ритуальную службу. Однако внятного ответа так и не услышала. Поэтому решила обратиться со своей проблемой в редакцию “Гомельскай праўды”.


— Могила свекра всегда была в одноместной оградке, — рассказала пенсионерка. — У кого-то же хватило совести убрать ее и втиснуть между старыми захоронениями еще одно. Никто из нашей семьи не давал разрешения на захоронение рядом с дедушкой неизвестного нам человека.




По мнению родственников, этот поступок в первую очередь оскорбляет память о герое войны, орденоносце. Андрей Скрипка в годы Великой Отечественной служил артиллеристом, совершил подвиг. Потеряв в бою наводчика, командир орудия самостоятельно два дня вел огонь и смог сдержать натиск врага. За проявленное мужество старшина награжден в 1943 году медалью “За отвагу”, а в апреле 1945-го — орденом Красной звезды. В мирное время служил военным, к сожалению, прожил недолго — всего 43 года, дали о себе знать полученные в боях раны.




За подвиг, совершенный в годы войны, Андрей Скрипка награжден орденом


В беседе гомельчанка пояснила, что к свекру на кладбище не ездила несколько лет. В семье случилось горе — в 2014 году убили ее младшего сына Александра. Из-за трагедии у матери возникли проблемы со здо­ровьем, ухаживать за могилой свекра по понятным причинам не могла. Старший сын Андрей живет на Украине, в этом году на Радуницу смог побывать на кладбище. Был возмущен, обнаружив рядом с могилой дедушки чужое захоронение.


Выслушав исповедь Нины Скрипки, редакция рекомендовала ей письменно обратиться в Гомельский спецкомбинат. Официльный ответ подтвердил: случившееся — явное нарушение, поскольку покойный сосед, некто Васильев, не является близким родственником семьи.


Ход вальтом


Чтобы увидеть всё своими глазами, вместе с пенсионеркой отправляюсь на Новобелицкое кладбище. По тропинкам погоста идем недолго. На пути много старых могил с покосившимися памятниками. В ряду оградок с облупившейся краской сразу бросилось в глаза новое захоронение. Холмик из желтого песка почти прилип к скромному серебристому обелиску со звездой. Крест располагается в ногах, и у меня создается впечатление, что сосед похоронен к ветерану вальтом. Признаюсь, это делает картину еще более жуткой.




По словам собеседницы, из род­ственников ветерана, считай, никого не осталось, умерли его жена Анастасия Филипповна и два сына.


— По расстоянию между соседними могилами видно, что место рассчитано только на одного, — пояснила Нина Александровна. — Никогда и в мыслях не было, что рядом со свекром можно кого-то положить. Даже когда погиб мой сын, его похоронили на другом кладбище, в Добрушском районе.


В беседе гомельчанка рассказала, что сама не застала в живых Андрея Кирилловича, он ушел из жизни в 1964 году. Но в семье всегда чтили его память. Старшего сына назвали в честь дедушки-героя. Пятнадцать лет Нина Александровна прожила вместе со свекровью, знала друзей семьи. Однако Егор Васильев — мужчина, подхороненный к ветерану, ей не знаком.


— С детьми всегда приходили на могилу, в этом году правнука с Украины привезли. Как объяснить мальчишке, что в одной оградке с прадедушкой-орденоносцем чужой человек? — восклицает пенсионерка. — Больше всего в этой ситуации испугало то, что могила ветерана может и вовсе исчезнуть. Слышала истории, когда чужие люди захватывали место на кладбище, со временем старую могилу сравнивали с землей.


К слову, родственники покойного соседа успели похозяйничать и на могиле Андрея Скрипки. “Заботливо” поставили возле обелиска тарелку и бокал с отбитой ножкой.


— Как верующий человек знаю, что на кладбище нельзя выпивать и есть, — говорит Нина Александровна. — Поэтому рюмку на могилу никогда не ставили, алкоголь не наливали. Не понимаю, зачем битый бокал в цветник втыкать.


Потревожить душу или прах?


В официальном ответе, полученном от спецкомбината, сказано, что устное согласие на подхоронение дала внучка Андрея Скрипки. Однако ни в одном документе не фигурирует ее имя. По словам Нины Александровны, у ветерана есть внучка — дочь от старшего сына, однако с тетей по этому вопросу она не связывалась. Выходит, любой человек может прийти в ритуальное агентство и устно разрешить погребение, мотивируя тем, что родственник?


Для восстановления справедливости семья ветерана намерена обратиться в суд, добиться перезахоронения “соседа”. Затем перенести в оградку останки жены Андрея Скрипки, которая покоится на другом кладбище. Анастасия Филипповна после смерти мужа так и не вышла замуж. Воспитывала двух сыновей, помогала поднимать внуков. Родственники хотят отдать дань памяти — объединить супругов после смерти.


В сложившейся ситуации есть и другой аспект — моральный, который не меньше волнует Нину Александровну. Близкие ветерана оказались перед дилеммой.




— Я — человек верующий. Нелегко осознавать, что придется потревожить останки чужого человека, — признается пенсионерка. — Понимаю, что этот мужчина ни в чем не виноват. Пусть меня простит, такое решение далось нелегко. Обращалась за советом к батюшке: не возьму ли грех на душу, если решу перезахоронить прах? Успокоилась, когда узнала, главное — не тело, а душа, за которую нужно молиться.


В беседе Нина Александровна недоумевает, как родственники Васильева так быстро все провернули, нелегально вторглись в чужую оградку.


— Считаю, этот вопиющий факт нужно предать огласке, вынести на суд общественности, чтобы другим неповадно было, — подчеркивает гомельчанка. — Так поступать не по совести.



Если покоиться с миром не получилось


С просьбой прокомментировать ситуацию и ответить на другие вопросы обращаюсь к директору Гомельского спецкомбината Александру Попову.



— К нам действительно поступило заявление от гомельчанки Нины Скрипки и ее сына о подхоронении в оградку к их родственнику неизвестного человека, — отметил Александр Владимирович. — Мы начали разбираться, в чем причина. Выяснили, что в 2015 году к нам пришла внучка Васильева с просьбой похоронить ее дедушку рядом с другом, поскольку и один, и другой — ветераны войны. Но согласно законодательству, в одной оградке можно хоронить только близких членов семьи. Тогда родственники привели внучку ранее умершего Скрипки, которая дала устное согласие на погребение. Когда спустя два года возникла претензия, сотрудники ритуального комбината вызвали обе стороны, предоставив возможность мирно решить вопрос. Однако внучка покойного Васильева не пришла на беседу. Мы проинформировали ее письменно, что если не договорится с семьей Скрипки, те имеют право обратиться в суд. Его в конечном итоге выиграют, поскольку закон на их стороне — подхороненный рядом с Андреем Скрипкой человек не является его близким родственником. Даже аргумент внучки Васильева, что дедушка также ветеран, в данном случае не играет роли. Как и устное согласие внучки Скрипки.


Не отрицаем своей вины в том, что права родственников нарушены. Им необходимо обратиться в суд с исковым заявлением об эксгумации и переносе останков на другое действующее кладбище, потребовать от спецкомбината оплатить затраты. Судебные издержки возместим, перезахоронение проведем за свой счет.













— Если кладбище закрыто, какие нужны документы для погребения родственника? Есть ли требования к расстоянию между оградками?


— Если оградка двойная, а захоронение одно, нужно получить справку о наличии свободного места. Документ предоставляется на спецкомбинат, после этого производится захоронение, но речь идет о самых близких родственниках. В случае с ветераном была одноместная оградка — нарушения в этом плане есть, мы их не отрицаем. После случившегося был уволен сотрудник Новобелицкого кладбища.


Что касается требований к расстоянию, то по одной стороне оградки проход до соседнего захоронения должен оставаться полметра, по другой — метр. Такие нормы действуют на новых кладбищах. На старых зачастую не выдерживаются.


— Насколько обоснованы опасения, что могила ветерана со временем могла исчезнуть, а захватившие землю люди подхоронили бы туда своего человека.





Новое захоронение буквально втиснулось между соседними могилами





На кладбище, давно закрытом для захоронений, много старых неухоженных могил





На Новобелицком кладбище мемориал погибшим воинам


— Эти страхи надуманные. На основании чего люди уберут могилу умершего без разрешения его родственников и свидетельства о смерти? Как можно прийти на кладбище, выкопать чьи-то останки и подхоронить своего близкого? Чтобы провести эксгумацию, нужно решение суда. В любом случае родственники чужого человека, даже если захотят, не смогут это сделать фактически. Если незаконные захоронения обнаружатся, специализированные организации вправе провести эксгумацию и перезахоронить останки на другое действующее кладбище.


— А можно ли похоронить в одну могилу второго человека?


— Закон разрешает по истечении 20 лет после первого захоронения по заявлению близких родственников и при получении разрешения санслужбы произвести эксгумацию останков первого захоронения, опустить их на 2,5 метра ниже и в последующем дозахоронить близкого родственника на стандартную глубину полтора метра.


— На кладбищах можно увидеть старые полуразрушенные могилы. Может ли человек насмотреть себе такую, занять место, зная, что никто не хватится.


— Старые захоронения никто не имеет права трогать. Согласно действующему законодательству, необходимо производить ревизию закрытых кладбищ. В состав комиссии также входят представители санслужбы, администрации района, экологи. Определяются и фотографируются неухоженные могилы. Ставится табличка с просьбой к родственникам в течение двух лет обратиться на специализированный комбинат и привести место захоронения в порядок. Ревизионные комиссии должны осматривать кладбища раз в два года. Если за этот срок изменений не произойдет, комиссионно принимается решение по демонтажу разрушенной ограды, памятника. При этом остается газонная часть и устанавливается идентификационная табличка с именем усопшего. Сами останки никто не трогает, это нарушение прав.


Кладбища — пожизненно выведенная из хозоборота земля. Даже при возможной их ликвидации по причине угрозы затопления, селя, иных чрезвычайных ситуаций на этом месте ничего нельзя делать, кроме создания зеленых зон. В Гомеле 20 городских кладбищ — это 209 гектаров земли.






P. S. На Новобелицком кладбище много захоронений ветеранов, есть мемориал в честь погибших воинов. К сожалению,  уважение к павшим солдатам исчезает, когда живым приходится быстро решать вопросы погребения. Очень удобно похоронить на городском кладбище, а не ездить на погост за десяток километров.


















0 Обсуждение Комментировать