Вверх


Почему жизнь священника стала невыносимой рядом с родным племянником

1762 0 17:08 / 12.01.2017
Отец Василий сидит в просторной комнате. На столах и стенах иконы, святые образа на коврах. В руках держит папку с документами: постановления суда, счета за коммунальные услуги, ксерокопии других документов. Причина такой скрупулезности банальна — раздел наследства, после которого мало кто остался доволен.


IMG_8147.JPG


Возможно, среди читателей газеты найдутся неравнодушные люди, которые помогут отцу Василию и его матери разобраться в юридических вопросах


В обычный сельский дом в Гомельском районе, где жили священнослужитель с матерью, по постановлению суда вселили родственника. Со слов священника, племянник Валера не отличается хорошим поведением, к тому же у него есть другое жилье — квартира, в которой живет с женой.


— Комнату в нашем доме он использует как перевалочную базу: привести друзей, выпить с ними, покурить. А у моей мамы Нонны Филипповны, то есть его бабушки, астма, она задыхается от табачного дыма, — перечисляет минусы совместного проживания священник. — Когда же ко мне приходили из церкви женщины, чтобы помочь по хозяйству, Валера стал разговаривать с ними матерными словами, да еще и пытался приставать. Хвастался деньгами, махал купюрами перед лицом. Если есть средства, почему не оплачиваешь коммунальные платежи?


Отец Василий все посчитал. С того момента, как племянника прописали в доме, коммуналку считают на троих: например, за вывоз мусора и страхование жилья. В итоге набежало почти 40 рублей. Это без оплаты электричества и газа, которым отапливается дом. Ответ один — я здесь постоянно не живу и платить не буду. Священник предложил вариант — разделить лицевые счета, поставить отдельные счетчики. Но пока идея не реализована. Ведь на это нужны финансы.


Со слов священнослужителя, у племянника тоже есть вариант, который сделал бы совместное проживание более комфортным — сделать пристройку. Однако придомовая территория не столь просторная, чтобы обустроить душевую, туалет, коридор и не заслонить окна в комнате священника. Даже в то, чтобы заложить проем в комнату Валерия и вывести отдельный вход, тоже нужно вложить копейку.


— Я прекрасно понимаю, что если никто не поможет, то доживать нам с мамой придется рядом с родным, но таким чужим человеком. Дом достанется ему после нашей смерти, ведь у меня детей нет.


Были бы хорошие отношения, я бы сам племяннику дом отписал. Но все по-другому. От него нет ни помощи, ни совета. А вообще я планировал найти хорошего человека, которому нужно жилье, и оформить наслед­ство на него. Такая практика есть и в жизни, и в церкви. Преемник помогает по дому, в огороде, досматривает нас, и ему достается дом. Видно, итог будет другим.


Дверь цвета гроба


История с наследством началась в 2011 году. Тогда умер брат священника, отец Валерия. Когда утрясли все похоронные дела, пришло время оформлять наследство.


62 сотых дома, как и были, остались у священнослужителя. Остальные 38, которые принадлежали умершему брату, разделили между его законными наследниками: матерью и сыном. Так у одного дома стало три владельца.


— Все по закону вступили в наследство, — подчеркивает священнослужитель. — Но потом мой племянник подал иск в суд. Он хотел, чтобы всю долю его отца присудили ему. И добился этого. Теперь у него 38 сотых дома, у меня — 62.


Суд вселил племянника в комнату в 16 квадратных метров, в которой жила Нонна Филипповна. То есть внук выселил собственную бабушку. За помощью священник ходил к нотариусу, но та отправила к юристу. Мол, постановление вступило в силу. Разбираться в деле нужно долго и тщательно. И обойдется это дорого. Обращался отец Василий и к юристу епархии, но тот занимается лишь церковными вопросами. За личные дела священников не берется.


Теперь 86-летняя Нонна Филипповна спит на диване в проходной комнате. Все вещи из ее бывшей спальни вынесли приставы. Мебель, многочисленные иконы, закатки из прохладного подмостья выставили просто на улицу. Сейчас в доме от тепла картошка и другие овощи вянут. Сразу перенести мебель в другие комнаты священник и его мама не смогли — от стресса несколько дней были прикованы к постели.


Как рассказывает священник, Валерий в своей комнате сразу же сделал ремонт, провел от счетчика еще один электропровод, поставил в комнату добротную металлическую дверь. Правда, пожилая женщина до сих пор не может привыкнуть к расцветке, которая напоминает ей гроб. Когда внук не появляется, бабушка завешивает дверь шторой. Он приходит — срывает, уходит — женщина вешает ее обратно.


А могло ли быть иначе?


Шесть лет назад, когда вопросы наследства только витали в воздухе, у дяди и племянника был разговор. Мужчина на словах был готов отказаться от части дома за 5 миллионов неденоминированных рублей. Но отец Василий не согласился.


— Как отдать деньги без присутствия нотариуса? Кто потом докажет, что я все оплатил? Но эта тема быстро утихла: племянник угодил в тюрьму. После освобождения отступные за свою часть дома он поднял вдвое. Я опять был не согласен, — объясняет отец Василий. — Считаю, что нужно делать все правильно. Оценивать имущество должны специалисты. Какую сумму сказали бы — такую я и выплатил бы.

Размеренные и наполненные молитвами будни священника стали невыносимыми рядом с родным племянником


Затем Валерий опять попал в места не столь отдаленные. В то время приезжала его жена: мол, муж в колонии, нужно выручать. Просила у отца Василия 15 миллионов рублей старыми и обещала, что претендовать на дом они с Валерием не будут. Священник денег не дал.


— Жить вместе — не беда. Проблема в том, что мы не готовы терпеть Валерины пьяные посиделки. К тому же к племяннику приходят друзья. А недавно и его сын-подросток компанию приводил. Спрашиваю, зачем пришли. Так он отвечает, чтобы убрать в комнате отца. А что там убирать, да еще вчетвером? Они пришли, накурили, погуляли и ушли поздно вечером. И то только после того, как я вызвал милицию. Я их предупреждал, они не поверили.


А как услышали мой разговор с участковым по телефону, быстро закрыли комнату и удалились.


Вопрос без ответа


К сожалению, подобных историй в наше время немало. Родственники, которые, казалось бы, должны быть друг для друга надежной опорой, становятся только обузой или препятствием. Что уж говорить о тех ситуациях, где фигурирует наследство. Что делать? — вопрос в этом случае скорее риторический. Как ужиться с близкими по крови, но чужими по сути людьми?


И все же отец Василий, который служит в епархии вот уже 23 года, хочет найти ответы, в том числе и на многие юридические вопросы. Он надеется, что читатели област­ной газеты подскажут выход из ситуации, помогут советом. А может, найдется неравнодушный человек, юрист по образованию или практикующий специалист, который сможет взять над семьей священника шефство.






Фото автора

0 Обсуждение Комментировать