Вверх


Гомельчанка Раиса Титкова с конца XX века пытается найти место гибели и упокоения отца

620 0 10:13 / 17.06.2017
В преддверии нынешнего 9 мая женщина написала письмо к нам в редакцию: «Мне известно, что Василий Фролович Сивчук пропал без вести в августе 1941-го в звании политрука. Он был направлен в 132 дивизию (командир Сергей Семенович Бирюзов), которая в первых числах августа была переброшена в район Кричева...».
IMG_4708.JPG


Из разговора с Раисой Ва­сильевной выяснилось, что еще в 1992 году сотрудник нашей газеты, участник Великой Отечест­венной подполковник Федор Стельмашок, лично занимался судьбой политрука Сивчука. В статье «Не лічыць без весткі прапаўшымі» в номере «Гомельскай праўды», за 17 января 1992 года Федор Павлович утверждал (цитирую по-русски): «...несомненно, что политрук В. Ф. Сивчук воевал в 132-й стрелковой дивизии заместителем командира стрелковой роты по политической части. Это подтверждается справкой Центрального ордена Красной Звезды архива». Дивизия вступила в ожесточенные бои с противником на Могилевщине. Как сложилась судьба политрука Сивчука, автор статьи не утверждает однозначно: «Как сложилась его судьба на Могилевщине, где и когда погиб, неизвестно до этого времени». С той поры минуло четверть века.


Сомневаться в подлинности сведений, которые публиковал наш коллега, нет оснований. Федор Павлович очень скрупулезно вел поиск погибших, переписку с архивами, восстановил немало имен, вернул из небытия многих пропавших без вести.


Узнав, что отец Титковой — уроженец деревни Ремезы Ельского района, я изучила книгу-хронику «Памяць». На странице 338 помещены следующие сведения: «Сивчук Василий Фролович, политрук роты 104 сп 62 сд. Погиб 28.12.1941 г. около села Теплое Тимского района Курской области».


Памяти его поклониться


Общаемся с дочерью Василия Сивчука в ее квартире в Совет­ском районе Гомеля. Раиса Васильевна рада встрече, пытается меня убедить, что означает для нее, человека уже золотого возраста, узнать, где погиб отец.


— Мне кажется, что я вся в него по складу характера, — делится собеседница. — Вторая дочь, старшая моя сестра, Роза — в мать... Почему мы пришли к такому выводу? Я очень стремилась учиться, а вот сестренке это было в тягость. Так хочется узнать, где же были последние мгновения жизни нашего Василия Фроловича. Сведения настолько противоречивые...


Женщина достает папку с документами, добытыми с помощью Федора Стельмашка, а также с данными из интернета, которые помог собрать старший внук. В свою очередь знакомлю ее с материалами сайта «Мемориал».


По строчкам биографии


Василий Сивчук родился в 1904 году в крестьянской семье в деревне Ремезы Ельского района. В 1919 году окончил Мозырскую трудовую школу второй степени, работал в сельском хозяйстве. В комсомоле с 1924-го, в партии большевиков — с 1927-го. В 1931 году Василий уже возглавил колхоз «Большевик», пройдя ступеньки руководства сельсоветом, потребительским обществом. Затем он — заместитель председателя райколхозсоюза, поступает учиться в Коммунистический университет Белоруссии имени В. И. Ленина. Спустя год руководит семилеткой в родных Ремезах, потом — двухкомплектной школой в Шарине. И лет шесть, вплоть до апреля 1940-го, Василий Фролович на партийной работе в райкоме партии. Сохранился в семье печатный листок характеристики на заведующего сектором Полесского обкома, датированный маем 1940-го.


— С этого времени мы реже виделись с отцом, так как он уже работал в Мозыре — заведующим сектором партстатистики и учета, — рассказывает дочь. — В Ельске мы жили на улице Ленинской, номер дома точно не помню. После объявления о начале войны нас погрузили на машину, и мы с мамой Анной Анисимовной уехали в эвакуацию. больше отца не видели. Сначала находились в Воронеже, а когда к городу приблизились немцы, эвакуировались далее — в Кемерово. Мама была простой рабочей в госпитале, туда устроилась и моя сестра. Из Кемерова по­пали в город Станислав на Украине (теперь Ивано-Франковск), вплоть до 1960-го я жила там. Моя старшая сестра и теперь в том городе, где прошла моя молодость. Поддерживаю с ней связь письмами и телефонными звонками. Наша мать похоронена там.


Противоречивые сведения


С трепетом душевным Раиса Васильевна показывает мне извещение, которое в 1950-м пришло в Станислав в дом № 2 на улице Пушкина, на имя Анны Сивчук: «Ваш муж, будучи на фронте Великой Отечественной войны, пропал без вести в августе 1941 года в звании политрука». Подписано городским военным комиссаром Шевчуком и начальником 2-й части майором Суровцевым.


Так почему же в справке, полученной из Подольского архива в октябре 1980-го, сообщается, что наш земляк пропал без вести... в 1944-м? Опираясь на это архивное сообщение, в мае 2008 года Титковой отказывает и служба розыска Белорусского общества Красного Креста. «Если в извещении сообщается, что разыскиваемый пропал без вести, мы помочь не можем», — говорится в ответе.


В объединенной базе данных «Мемориал» имеется анкета Василия Сивчука, уроженца Ремезов, призывавшегося 23 июня 1941 года Ельским райвоенкоматом. Сообщается, что его воинский адрес по последнему письму — город Орел, 45-й запасной стрелковый полк. Якобы письменная связь прекратилась 8 июля... В конце приписка от руки: «учтен пропавшим без вести в 1944-м».


— Я не верю такой дате, — делится Раиса Васильевна. — В 1944-м Белоруссия уже была освобождена, и отец мог бы писать родным, искать нас. Мама наша тоже не верила тому, что отец погиб за год до Победы. 1941-й звучит более правдоподобно.


Кстати, на сайте «Мемориал» есть полные тезки Сивчука по имени и отчеству, а фамилия разнится одной лишь буквой: Сывчук и Савчук. Совпадают и годы рождения, место рождения. Вот такие парадоксы, вызванные, вероятно, пресловутым человеческим фактором.


Не иголка же человек...


Три года назад Раиса Васильевна написала в военный комиссариат Могилевской области. Узнала, что в списках погибших и захороненных участников Великой Отечественной в регионе ее Василий Фролович не значится...


Изучая боевой путь 132-й Полтавской дивизии в начальный период войны, в июле 1941 года, понимаешь, в какой огненный смерч попали ее бойцы и командиры.


В Кричев, Чаусы части дивизии стали прибывать с 11 июля с Украины, и буквально через два дня уже понесли первые потери в боях с танковой дивизией Гудериана. Поредевшим подразделениям нашей стрелковой дивизии поставили задачу удержать переправы на реке Проня (правый приток Сожа) на участ­ке Березовка, Барсуковка... Не удалось. Спустя четыре дня оставшиеся почти три тысячи человек выходили из окружения, держали оборону по южному берегу Сожа у деревень Христофоровка, Бакуновичи. Затем последовал приказ следовать к Кричеву. В заболоченно-лесистой местности у деревни Мило­славичи под Климовичами части дивизии получили задачу: обеспечить прорыв 21-й горнокавалерийской дивизии. Стрелковые батальоны пошли в наступление, перерезали шоссе. Но 8 августа прорвались немецкие танки, наши стали отходить. На следующий день части 132-й дивизии враг взял в полукольцо. Из окружения все же вырвались, вышли в середине августа 1941-го, сберегли знамена и штабы... Ответ из Могилевского военного комиссариата кажется наиболее правдоподобной версией: «...дивизия понесла огромные потери, особенно поредели ряды политработников — в полит­отделе дивизии в живых не осталось никого. Видимо, в одном из этих боев и погиб Ваш отец».


Семья Василия Сивчука в послевоенное время жила в Ивано-Франковске. Раиса окончила там мединститут, стала врачом-эндокринологом. С 1960 года переехала в Гомель. Три десятилетия работала в военном госпитале, а после его расформирования — в 5-й городской поликлинике.


Поиск продолжается


72 года минуло после Победы советского народа в Великой Отечественной войне, идет 76-й год с ее начала. Но и сегодня продолжается поиск и увековечение памяти погибших. Восстановить события жизни родного человека вплоть до самых последних мгновений — дело святое. Надо ли в этом убеждать кого-то? Только равнодушные могут ответить отписками.


Очень внимательно отнесся к моему звонку коллектив Ельского краеведческого музея. Там изучили воспоминания старожилов Ремезов, сообщили такую деталь: Василий Сивчук окончил в свое время Мозырскую учительскую гимназию. Открылся и такой интересный момент, связанный с фамилией Сумар. Человек с такой фамилией, по информации дочери, разыскивал семью Сивчука в послевоенное время. Раиса Васильевна интересовалась: может, это воевавший вместе с ее отцом? Ельские музейщики отметили, что в районе известен Григорий Николаевич Сумар, присланный в эти края как 25-тысячник, в довоенное время он поднимал колхоз в Богутичах.


Учитывая, что поисковики в разных регионах Беларуси и России продолжают свою работу, находят документальные подтверждения конкретных судеб, не ставим точку в этой публикации. Еще раз попробуем навести справки в Подольском архиве, куда посылал запрос из Ремезов и родной брат героя — Александр. А вдруг фамилия нашего земляка Василия Фроловича Сивчука есть на братском захоронении или на скромном обелиске у дороги?


IMG_4710.JPG




0 Обсуждение Комментировать