Вверх


Возмездие без срока давности

3996 0 09:14 / 19.02.2015

Им вручали фашистские и советские награды,  но они не были героями 


В Гомеле семерых подсудимых приговорили к расстрелу. Это одно из самых суровых наказаний, оглашенных в стенах местной Фемиды. Вердикт вынес трибунал Белорусского военного округа в 1967 году. Корреспондент «Гомельскай праўды» выяснял обстоятельства уголовного дела и то, чем была вызвана 25-летняя отсрочка наказания. 

Странный фашист



Недавно в Рогачевском районе пожилая женщина рассказала мне о своем спасении в годы Великой Отечественной войны. Ей тогда было всего несколько лет, но тот день навсегда врезался в память. Когда враги ворвались в деревню Каменка Рисковская, малышка спряталась за дровами под печью. Дом подожгли, девочка стала задыхаться и выскочила из дыма на улицу, где стоял вооруженный гитлеровец. Он толкнул ребенка дулом в спину и показал рукой на лес. От страха девочка застыла, но потом побежала. Крики односельчан и звуки выстрелов заставили оглянуться. Фашист следил за ней сквозь прицел и стрелял. Пули свистели над головой и врезались в землю, но ни одна из них в девочку не попала. Тем временем сельчан согнали в большое строение и подожгли...


Вся витрина и полицаи.jpg



Экспозиция о работе чекистов в Гомельском музее криминалистики. На скамье подсудимых в 1960-х годах бывшие полицаи



Сельчанка не сказала больше ни слова. Смахнула слезы и ушла. Постарался узнать о подробностях того лета у других жителей района. Однако дедушки и милые бабушки вмиг замолкали, когда речь заходила о войне. Предпочитали рассказывать о чужих судьбах или о передвижениях войск. Убедился, что старики особо не делились военными воспоминаниями со своими детьми и внуками.


В районном совете ветеранов попросили поберечь очевидцев тех страшных событий. Живых участников войны не так много осталось. Трагические воспоминания могут вызвать у них ухудшение самочувствия, а то и здоровья в целом. Что уже неоднократно бывало, заверили меня. Понятно, невозможно передать чувства и переживания людей, на глазах которых заживо сжигали и убивали родных. Вместе с тем эти ужасы нельзя забывать, чтобы они не повторились.


Не отряд — дивизия



Между тем описания тех событий на Рогачевщине нашел в литературе. В сборнике «Трагедия белорусских деревень» увидел текст шифровки Игната Дикана. В ней начальник оперативной группы Белорусского штаба партизанского движения писал: «5 июня 1943-го карательные отряды немцев, изменников и полиции напали на деревни Каменка, Рисково и Лужок и зверски расправились с мирным населением».


В этом же издании опубликованы слова М. Р. Зыковой из протокола допроса, датированные 18 сентября 1948 года. Она жила в Каменке и убежала от карателей, но все происходившее видела из леса. Тех, кто убегал из деревни, расстреливали, а стариков и больных кололи штыками, бросали в них гранаты. Зыкова рассказала, что грудных детей брали за ноги и «били головой о дом или бревна». В Каменке Стрелковой и Каменке Рисковской сожгли и расстреляли около 200 человек. В деревне Перекоп жителей не оказалось: сельчан успели предупредить о приближении карателей. Тогда гитлеровцы уничтожили опустевшие дома.



Через четверть века пособники фашистов ответили за расстрелы и сожжение людей



На кладбище в Каменке Рисковской похоронен боец спецотряда «Славный» дивизии особого назначения НКВД СССР Александр Долгушин. Его убили за день до сожжения Каменки. На это указывает дата на мемориале — 4 июня 1943 года. Долгушин был восьмикратным чемпионом СССР по академической гребле. К слову, отряд состоял из советских спортсменов мирового уровня. «Каждый боец в тылу у немцев стоит десяти», — писал Илья Эренбург. На самом деле образное преувеличение известного советского писателя не дотягивало до реальности. Они стоили гораздо дороже. По словам дожившего до наших дней соратника Долгушина, ветерана Алексея Пимонова, бойцы «Славного» были настоящими героями.


Это подтвердили даже фашистские документы. В них говорилось, что в Беларуси действует не отряд (в нем тогда было немногим более 100 бойцов), а целая дивизия. Как позже станет известно, в лесной деревне Копачи «Славный» напал на немецкую шпионско-диверсионную школу, где уничтожил курсантов. Разгромил карательную воинскую часть, которая направлялась из Могилева в Гомель, пишет Алексей Соловьев в книге «Они действовали под разными псевдонимами». В оккупированном Рогачеве бойцы «Славного» подожгли хлебозавод, который обеспечивал воинские части врага. Совместно с партизанами спасли от вывоза в Германию конфискованный у местных сельчан урожай.


«Гомельская праўда» 16 февраля 2012 года писала о бойцах спецотряда «Славный»: «За два с половиной года в тылу врага было разгромлено 23 вражеских гарнизона, взорвано 22 эшелона и бронепоезд, уничтожено 3 танка, несколько танкеток, 91 воинская автомашина с живой силой и военными грузами, убито свыше 3 тысяч вражеских солдат и офицеров. Однажды отряд блокировали фашистские войска: свыше двух тысяч солдат и офицеров, два эскадрона кавалерии, три танка, артбатарея, минометы, самоходные пушки и даже два самолета».


С кровью на руках



Гитлеровцы видели, какой урон наносит отряд, и бросили на его уничтожение тысячи солдат. За поимку или убийство его командира назначили фантастическое вознаграждение. Поиск наших подпольщиков и партизан вели фашистские спецслужбы, в которых работали коллаборационисты, рассказал заместитель директора Гомельского областного музея военной славы по научной работе Константин Мищенко. У некоторых из них были боевые награды и фашистской Германии, и СССР. Среди них «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне», а также «За отвагу» и «За боевые заслуги». Это подтвердили материалы, которые хранятся в Гомельском музее криминалистики.


Согласно документам, в годы войны в Смоленской, Витебской, Могилевской, Брестской и Гомельской областях, а также на территории Польши зверствовала 724-я команда тайной полевой полиции — ГФП (Geheime Feldpolizei — GFP). В ее составе служили 10 бывших солдат Красной Армии. Они попали в плен в самом начале войны.


Weisrusland- 724.jpg


На этих территориях зверствовала команда полиции из ГФП-724


Осенью 1941 года в концлагере в тайную полевую полицию завербовали 19-летнего уроженца Запорожья Генриха Функа. Таким же образом в ГФП оказались 22-летний Николай Лобода из Хмельницкой, 35-летний Михаил Сульженко и 34-летний Иван Осьмаков из Белгородской, 29-летний Василий Нагорный из Донецкой, 23-летний Михаил Медведев из Пензенской, 24-летний Петр Яковлев из Сталинградской, 23-летний Иосиф Остроушко из Оренбургской областей и 36-летний Павел Хлыстов из Красноярского края. 21-летний Дмитрий Лаппо со Смоленщины поступил на службу к немцам в декабре 1941-го.


Фашисты поставили новобранцев на довольствие, выдали форму, вооружили винтовками. Функ даже получил револьвер системы Нагана. Гитлеровцы предоставили неограниченные права сотрудникам ГФП, которые вербовали агентуру и засылали ее в партизанские отряды и подпольные группы. Мало того, арестовывали, допрашивали, истязали и убивали детей, женщин и стариков. Всех, кого лишь подозревали в связях с патриотами.


Так, летом 1943 года команда ГФП задержала партизана Иосифа Казакова. В поселке Новый Довск Функ допрашивал его и истязал. Ничего не добившись, выстрелил из пистолета партизану в голову. Причем в присутствии других арестованных, чтобы те испугались и выдали партизан и подпольщиков. В том же населенном пункте истязали, а затем и расстреляли Зинаиду Усову.


5 и 12 июня 1943 года подразделения тайной полиции и немецких войск полностью сожгли вместе с жителями Каменки Стрелковую и Рисковскую, Рисков и Перекоп. Тогда некоторые из десяти сотрудников ГФП-724 служили при штабе в Гомеле, но для участия в карательных операциях приехали на Рогачевщину. За особое рвение немецкое командование вручило Функу, Лободе, Сульженко, Осьмакову и Нагорному гитлеровские награды.


Неотвратимая кара



При наступлении Красной Армии отряд «Славный» соединился с советскими войсками. Тем временем полицаи из ГФП-724 сумели просочиться через линию фронта. Один из них прикинулся советским солдатом. На передовой стрелял в сторону гитлеровцев, пока его не заметили наши, и раненого не вынесли из-под огня. Судя по документам, найденным в окровавленной советской гимнастерке, боец служил в ближайшей части. Его сразу отвезли в госпиталь, где извлекли вражеские пули.


Приговор_ c_1.jpg


Смертный приговор, оглашенный трибуналом в Гомеле в 1967 году


Ранения оказались легкими, и вскоре солдата вернули обратно в часть. Но в подразделении из-за сильных потерь практически никого из старослужащих не осталось. Так чужак вернулся в Красную Армию. Его сослуживец по тайной полиции еще при приближении советских войск связался с подпольем, а потом ушел в партизаны. Тех полицаев, чьи документы не вызвали подозрений, сразу направили на фронт. Во второй раз став красноармейцами, некоторые бывшие полицаи умело воевали. Хорошо зная тактику фашистов, ни один из десяти в боях не погиб.


У Функа возвращение в СССР не прошло гладко: его как обычного солдата вермахта поместили в лагерь для немецких военнопленных. Некоторых из команды ГФП на время государственной проверки отравили в специальные лагеря. На тот момент их пособничества фашистам не обнаружили. Освободившись, они разъехались по различным регионам Советского Союза.


В 70-е годы прошлого века на экраны вышли художественные фильмы «Человек в проходном дворе» и «Совесть». В них рассказывалось о том, как всплыла правда о прислужниках фашистов. После войны извергов узнали их жертвы. Мало того, предатели Родины стали участниками уголовных преступлений. Однако ни один из 724-й группы после войны не был судим и в поле зрения стражей закона не попал. Мало того, в труде бывшие сотрудники тайной полиции показывали пример. Одного из них даже удостоили медали «За трудовую доблесть» (в годы войны фашисты оценили его службу Германии своей наградой — прим. автора). Бывшим полицаям вручили юбилейные медали «20 лет Победы в Великой Отечественной войне».


Почему так долго не могли вывести на чистую воду карателей из ГФП-724? Об этом я поинтересовался у Николая Гуденя, который с 1975-го по 1990 годы возглавлял управление КГБ по Гомельской области. Генерал пояснил, что преступники постоянно скрывались и меняли имена. Это затрудняло работу, но их поиск никогда не прекращался. В декабре 1966 года гомельские чекисты собрали достаточно доказательств и возбудили уголовное дело за измену Родине. В течение пяти месяцев нашли и задержали всех десятерых. Собрали свидетельские показания около 150 потерпевших, которые заняли далеко не один том.



Из 9200 населенных пунктов, разрушенных и сожженных гитлеровцами в Беларуси во время Великой Отечественной войны, 5295 были уничтожены вместе с населением



Вот только некоторые из фактов. Установлено, что в 1942 году Сульженко, Осьмаков и Нагорный с другими карателями принимали участие в массовом расстреле евреев из Лепельского гетто. В 1943 году они же сжигали в домах жителей Каменки Стрелковской, а убегавших расстреливали. В 1942-м у деревни Слобода Чашникского района Яковлев, Медведев, Остроушко и Хлыстов расстреляли группу цыган, затем зарыли их тела в землю. В качестве оправдания некоторые полицаи говорили, что стреляли мимо. Коллеги по тайной службе опровергали бывших сослуживцев тайной полиции, заверяя, что их контролировали немцы.


Спустя четверть века были вскрыты места захоронений. В земле обнаружили человеческие останки с явными признаками огнестрельных ранений. Нашли и проволоку, которой связывали руки обреченных, говорится в уголовном деле.


В ходе следствия по делу установлено, что в 1942 — 1944 годы с участием обвиняемых было расстреляно, замучено, сожжено заведомо живыми свыше полутора тысяч мужчин и женщин, стариков и детей.


В декабре 1967 года в Гомеле трибунал Белорусского военного округа признал всех десятерых — виновными в измене Родине. С учетом смягчающих обстоятельств — участие в партизанском движении и боях с фашистами, честный многолетний труд — Медведев, Хлыстов и Лаппо были осуждены к 15 годам лишения свободы. Вместе с тем, Функ, Лобода, Сульженко, Осьмаков, Нагорный, Яковлев и Остроушко приговорены к смертной казни.








0 Обсуждение Комментировать